Тяга к запредельности

325057acee51f4dd7b3e789b3e47c33e

Юрий Мамлеев о параллельных мирах, внутренней тьме и познании Абсолюта

Умер писатель и философ Юрий Мамлеев. Ему как мало кому подходила формула «парадоксов друг». В нем, кажется, все вступало в противоречие со всем. Он был интеллигентным и вежливым в беседе человеком, любил рассуждать о важности веры в Бога — при этом написал один из самых страшных романов ХХ века «Шатуны». Такой жуткий, что ему даже не нашлось определения. Пришлось придумать странное: «метафизический реализм». В середине 1970-х он уехал в эмиграцию и именно там (важное видится издалека) начал разрабатывать философскую доктрину «Вечной России» — но был одним из первых, кто вернулся. Юрий Мамлеев подчеркивал, что его концепция — вовсе не смесь православия с социализмом, она не имеет ничего общего с патриотизмом и уж тем более национализмом. И даже написал ее популярное изложение в романе «Русские походы в тонкий мир». Но нет сомнений, что многим захочется истолковать идеи философа в том ключе, который ему бы не понравился. «Лента.ру» собрала цитаты из интервью Юрия Мамлеева, проясняющие его художественные и философские идеи.

***

«Это реальная история про женщину, у которой действительно мальчик ножницами испортил ковер. Какой-то дорогой. И она в ярости стала бить его ножницами, в месиво. Потом она пришла в ужас, утащила к врачам. А врачи говорят, что у него уже все косточки переломаны, уже ничего не сделаешь. Только рубить. Ну, отрубили ему руки. И она пришла домой и повесилась».

«»Христос воскрес» — этот случай нам рассказал священник. Была Пасха. Бандюк пришел и порубил отца и мать, а маленький был в другой комнате, он ничего не знал, ничего не понял. И когда он вышел, он еще не видел этот ужас, говорит дяденьке: «Христос воскрес». И убийцу это поразило».

«Мой отец и некоторые родственники были психиатрами. Я прекрасно знал психиатрию, интересовался пограничными, психопатическими состояниями человека и использовал их. Как Достоевский использовал криминал и убийство для объяснения состояний человеческой души».

«Мои произведения часто не полностью открыты для меня самого. Это как состояние созерцания при медитации. При первых опытах было довольно трудно войти в это состояние, но когда я входил в него, сразу менялся язык».

«Когда я после читал свои произведения, я порой сам ужасался, особенно когда работал над «Шатунами». Я сам не верил, что это написал, потому что был в другом состоянии. Когда я из него выходил, то просто приходил в ужас. Потом это состояние стало более привычно».

«Сторона нечистой силы меня мало интересовала. Меня интересовали прежде всего Бог и человек. Но сдвиги, которые там описываются, — это сдвиги, когда человек хочет выйти за свои пределы, и то, что лежит за пределами человеческого разума. На этом основаны «Шатуны», там описаны фантастические души, поскольку они хотят выйти за пределы возможного».


 Юрий Мамлеев Фото: «Огонек» / «Коммерсантъ»

«Однажды два человека сказали мне, что роман «Шатуны» спас их от самоубийства. Сквозь кромешную тьму прорывается свет. Он — в подтексте. Получилось так, что даже в «Шатунах», самом страшном моем произведении, нет смерти, но есть бессмертие. И многие замечали это. Многие говорили мне, что реальность при всех ее страшных сторонах настолько фантастична, что все-таки хочется жить: ведь всегда интересно, что будет потом».

«Не познав природу своего темного, можно и темноту принять за свет. Человеку надо познать самого себя».

***

«Наша цивилизация основана на лжи о человеке. Якобы человек — лишь рациональная обезьяна, и никакого будущего после смерти у него нет. Это материалистическая цивилизация, в которой важны нажива, социальный дарвинизм и пропаганда животного происхождения человека. Все это мировоззрение рухнет как карточный домик в ближайшие 100-200 лет».

«Человек создан по образу и подобию Божьему, значит, внутри него есть Бог. Но он находится в потенциальном состоянии. Крещение — это мистический акт, который дает дорогу света при жизни».

«Я рос в советской семье. Родители, хоть и были крещеные, боялись говорить о Боге в 30-е годы, но я с самого детства осознавал, что есть Бог. Главной причиной моего отвращения к коммунистическому строю был именно атеизм. И когда я стал юношей, я пришел к вере в Бога».

«В религии открывается далеко не все, то есть только то, что необходимо человеку для спасения. А познание невидимой Вселенной, познание Абсолюта — это уже другое. Бог дал свободу, и человеческий разум может участвовать в процессе познания».


 Юрий Мамлеев Фото: из личного архива Юрия Мамлеева

«Существуют так называемые параллельные миры — кто в это не верит, пожалуйста. Но доказательства этому есть, люди всегда в это верили и знали это из опыта — контакт с этими мирами был. И материализм, который пытался это отвергнуть, потерпел полное крушение».

«До конца света еще очень далеко. Многие пророчества еще не исполнились, не выявлены все силы добра и зла. Но то, что цивилизация голого чистогана, золотого тельца, любая чисто материалистическая цивилизация агонизирует, — для меня несомненно».

***

«Существуют национальные государства, которые весьма различны по менталитету, духу, религии. Есть такое немецкое философское положение — каждый народ представляет собой мысль Бога о человеке. Как отдельные индивидуумы неповторимы, так и народы — исключительны, неповторимы и представляют собой какую-то глобальную мысль. Эту глобальную мысль народ вырабатывает сам…»

«Еще Бердяев сказал, что русская душа парадоксальна. И действительно, у нас очень сильная тяга к запредельности. И хаос присутствует. Тут такое сочетание, что при тяге к хаосу абсолютно необходим порядок, иначе распад».

«Наши отцы погибли в ГУЛАГе, Машин (жена Юрия Мамлеева — прим. «Ленты.ру») и мой, они были профессорами и погибли в ГУЛАГе».

«(В эмиграции — прим. «Ленты.ру») меня обуяла такая невиданная тоска по России. И не только меня — многих. И тогда я задумался о причинах этого даже не чувства, а явления, которым всегда отличалась русская эмиграция. Начал перечитывать русскую классику — до Серебряного века. Именно в ней, мне казалось, изложены таинственные начала, которые могут объяснить мою тоску. И мне открылось то, что в самом существовании России заключена какая-то великая тайна, что она к чему-то предназначена. Я использовал философские методы изучения этого, опирался на русскую культуру и на мой опыт жизни в России. Так родилась «Россия вечная»…»

«Русским я называю того, кто любит Россию, кто живет в ее языке и культуре».

«Моя философия «России вечной» НЕ является, во-первых, национализмом. Потому что национализм часто основан на вражде к другим народам. Вообще современный национализм родился во время Французской революции, как известно… Во-вторых, она НЕ является патриотизмом, потому что «патриотизм» — слишком узкое, банальное, затасканное слово. Она несоизмеримо шире. И в-третьих, она НЕ является религией. Она является русской идеей как мировоззрением. Одним из ее учителей является Бердяев».

«Я жажду восстановления единства всей великой русской культуры. Россия — это самостоятельная цивилизация. Поэтому мы интересны всем и чужды всем. Противоречия есть между всеми цивилизациями мира, но есть разница между западной духовностью и русской духовностью. Есть между нами и некая тайна».

«Есть в России такая великая формула: Бог, царь, Отечество. Она поддерживается столетиями, но сейчас эта формула не может работать. Царя у нас нет, ситуация совсем другая. Однако Бог и Родина остались. И вот это — фундамент, но между ними есть еще одна вещь — это личность человека».

***

«Реализм предполагает изображение действительности. Но! «Реальность» — это такое широкое понятийное поле! Одно дело натуральный реализм, в котором выражается буквально все, — «сидим, едим, разговариваем» и т.д. А «метафизический реализм» предполагает соединение реализма не с фантастикой, а с наличием метафизических знаний или с прозрением, с визионерством».


 Юрий Мамлеев Фото: Евгения Давыдова / Wikipedia

«Были проведены исследования, которые совершенно ясно доказывали существование потустороннего мира. Ученые уловили голоса умерших. Они были зафиксированы не на слух, а на приборах».

«Я не очень пристально изучал личность Сталина, но знаю, что в разговорах с де Голлем он, например, часто употреблял слово «смерть», касаясь жизни, человеческого существования. Он понимал, что смерть все земное уничтожает, что главный победитель — смерть. То есть Сталин, по крайне мере, относился к этому явлению серьезно. А с этого и начинаются религиозные переживания. Представить Хрущева, задумывающегося о жизни и смерти, невозможно».

 

Наталья Кочеткова

Источник: lenta.ru