Как появились российские олигархи и кто ими управляет

Нет доказательств, что собственность российских олигархов принадлежит им. После развала СССР был дележ собственности по указаниям американских советников. Большая вероятность, что имущество и деньги просто записаны на человека, которого считают богачом. полное видео:

Евгений Фёдоров: Всеми вопросами стратегического характера занимаются по-прежнему американцы в России. Как они это делали в 91-м году (они тогда еще и прямо управляли), так они и занимаются вопросами системного стратегического характера. Как промежуточный вариант в конце 90-х годов ими была создана так называемая система олигархического управления. То есть уже стало неприлично напрямую управлять. Вот сидят люди, просто в министерствах сидят американцы  и командуют процессами в России. Вот так было в начале 90-х. И свидетелей этому — миллионы людей.

Об этом нельзя говорить в СМИ, но это нельзя скрыть. Вот вы возьмите любого управленца, который был каким-то директором, каким-то чиновником в 90-х годах в начале (в первой половине) — любой вам скажет: «Начальники мои были — иностранные советники» — в этом министерстве, ведомстве и так далее. Вот был министр (который формально вроде бы), рядом с ним был американский главный советник и под ним была система аппарата советников, которые реально управляли этим министерством. Но управляли — значит строили. Потому что в те времена наше государство только строилось, то есть выстраивали всю эту архитектуру.

Если мы посмотрим на сегодняшних крупных собственников России, получивших имущество в результате приватизации, мы не можем с уверенностью сказать, что они являются его собственниками. Мы этого не знаем. Потому что в условиях, когда эта собственность формировалась в 90-х годах, как «их», как бы «собственность». Но они вообще были никто, то есть их подбирали просто те же американские советники — по своим спискам каким-то, подходам, по своим знакомствам (ну, как кадровая политика делается). Дальше ему говорили: «Вот ты сейчас мелкий предприниматель, скажем так, фарцовщик, например, который не особенно умеет управлять большими бизнес-процессами. Давай так, мы с тобой договариваемся: ты становишься (якобы) владельцем крупнейших заводов, пароходов, фабрик, объектов и так далее. Но при этом эта собственность будет в нашей юрисдикции, и за ней будет контролёр и здесь в России, и у нас там, в европейской или американской юрисдикции».

Понятно же, что в этих условиях с этим человеком можно было договориться о чём угодно. Можно было договориться о том, чтобы он сделал вид, что он собственник. И мы до сих пор не имеем ответа на этот вопрос — владельцы этих крупнейших предприятий и холдингов в России те люди с российскими паспортами или нет? Потому что, судя по тому, как она формировалась, это вполне может быть операцией прикрытия вот этих инструментов собственности.

Дальше в России запретили с этого момента иметь вообще собственность национальную крупную, как класс, то есть это связано с тем, что через систему собственности формируются национальные элиты и формируется стратегическое управление государством. Если ваши самые крупные богатые люди вашей страны не являются вашими реальными собственниками, то соответственно, они будут проводить другую политику — тех, у кого находится их имущество. Иначе они его просто потеряют, да просто они ментально в другой находятся идеологии. Их подобрали не просто так (для начала)- то есть их подобрали уже исходя из каких-то нюансов, для того, чтобы они были сориентированы на вот эту собственность и на внешнего заказчика.

А во-вторых, они хотят оставить наследство, они хотят оставить будущее, и приблизительно патриотизм, судя по нашим исследованиям, утекает где-то лет за пять-десять. Человек любит родину, допустим, он попал в эту систему, он с ней согласился ради того, чтобы стать богатым человеком, но пять-десять лет и он уже не становится патриотом, он уже ментально уходит в другую страну.

И мы видим, как этот процесс происходит. То есть растут предприниматели до какого-то крупного более-менее объекта собственности, переводят в иностранную юрисдикцию — при этом он еще патриот, он любит Родину. А через пять-десять лет

он уже всё — вначале у него семья переехала, дети стали там учиться. Он разрывается между ними — в субботу-воскресенье в Лондон, в будние дни в Россию. А еще через лет пять-десять лет он ментально переезжает туда с семьей, а еще где-то пять лет он туда переезжает и физически, потому что разрыв этот ему становится уже невозможен. Просто психологический разрыв, физический разрыв — ну каждую неделю летать! И он, в конце концов, туда уезжает, оставляет здесь управляющих. Поэтому это процесс системного характера, и он так системно и работает.

А почему мы эти вопросы поднимаем? Что вопрос собственности или вопрос национальных элит? А вопрос национальных элит — это вопрос политической системы. То есть мы получили политическую систему, основанную фундаментально на иностранных элитах. А это означает, что вся политическая система будет не национальная, она вся будет работать против Российской Федерации. Это надо понимать!

Евгений Федоров

Источник: poznavatelnoe.tv