Изнасилование стабильностью режима Путина

Сегодня, когда тело жителя Казани Сергея Морозова предано земле, впору порассуждать о так называемой путинской стабильности. Изнасилованный и убитый в полицейском участке потерпевший сраму не имет, поэтому натурализм репортажей, которыми пестрят интернет и даже центральные телеканалы, праха его потревожить не может.

Судя по последним отчетам о реакции властей, не потревожит он и погон больших полицейских начальников. В качестве доказательства можно привести тот факт, что некто Ильшат Гариффулин – главный фигурант морозовского дела – отделался домашним арестом. Как показывает практика, дальнейшие судебные перспективы этого резонансного дела будут сведены к осуждению условно. Формально процедура будет соблюдена, возможно, убийцу лишат звания, наград, даже запретят работать в органах правоохранения. И только.

Органы отчитаются о проделанной работе, президент Татарстана принесет соболезнования родственникам покойного и доложит своему кремлевскому патрону, что справедливость восторжествовала – республика стабильно борется с отдельными негативными проявлениями в правоохранительной среде. К этому прицепят версию о попытке потерпевшего причинить себе увечье самостоятельно, чтобы избежать наказания. Найдут свидетеля-сокамерника. И даже придумают, каким образом бутылка из-под шампанского оказалась в камере предварительного заключения.

Какой-нибудь судья, обслуживающий местную ментовскую корпорацию, зачитает приговор, в резюмирующей части которого будет значиться, что вся вина Ильшата Гариффулина заключается в незаконном удержании под стражей по подозрению в хулиганке невинного гражданина. Налицо – злоупотребление служебными полномочиями. Гуманный суд — гуманный приговор – «условная» свобода – точка. Стабильное иезуитство в стабильной стране.

И никакие нургалиевы не ответят за это преступление по гамбургскому счету. Ведь ответ уже дан – в виде пухлого отчета о тотальной аттестации сотрудников органов правопорядка. Помнится, одними из главных критериев при оценке работы милиционеров назывались внешний вид и даже состояние жировой прослойки. Эти качества были вытащены на поверхность и вброшены в подотчетную прессу. Менты косяками записывались в тренажерные залы, читатели веселились, смакуя возможное переименование ГИБДД в ПИДР, а генералы на местах тихой сапой под прикрытием отраслевого министерства увольняли со службы профессионалов. Потом в один прекрасный момент вместо ментов миру явились полицейские в новом обмундировании, но со старыми замашками палачей, стабилизирующие отчетность с помощью дубинаторов, черенков от швабр и бутылок из-под шампанского.

По данным правозащитных организаций, сразу же после аттестационной кампании случаи издевательств над задержанными только увеличились, а пытки стали повсеместной практикой. И, что характерно, «отоваривают клиентов» вскладчину – целыми полицейскими отделениями, как это случилось с пятнадцатилетним питерским подростком или вышеназванным Сергеем Морозовым. При околотках стабильно существуют целые ОПГ со всем, присущим уголовке, антуражем – общей кассой, паханом, адвокатами и судьями. Примечательно, что четко выстроенная вертикаль является точной калькой с Кремля. Здесь тоже служебное рвение тождественно денежному довольствию. И чем стабильней или выше жалованье и статус, тем крепче в руках резиновый «стабилизатор».