Таджикское преступное сообщество торгует героином

tadzhikskoe-prestupnoe-soobshhestvo-torguet-geroinom

Таджикское организованное преступное сообщество, прикрывшись «Единой Россией» и «Народным фронтом», торгует героином. Оптом

«Они матерятся и хамят, покупают наши продажные власти и надеются уйти от правосудия. Помогите!..»

Черт. Мы просто не знали, что такое происходит. Оказывается, в Челябинске прокурорские пытаются посадить банду таджиков, контролирующую наркотрафик в Свердловской, Челябинской, Тюменской, Курганской областях, ХМАО, ЯНАО и Пермском крае. Им не дают. Еще бы. Тонны (!) героина на кону. В деле замешан племянник президента Таджикистана Эмомоли Рахмонова и «Единая Россия» президента РФ Дмитрия Медведева пополам с «Народным фронтом» премьер-министра Владимира Путина. Таджики, будучи активными членами этих общественно-политических объединений, запросто входят в кабинеты губернаторов. Принимают участие в заседаниях региональных правительств. А в свободное от занятий политикой время убивают россиян. Мы ввязываемся в это дело. И да, Россвязькомнадзор, мы готовы к обвинениям в экстремизме. Это наша страна. И мы не отступимся. Если кто-то из коллег присоединится – спасибо. Сегодня, ребята, на суде нет никого из СМИ.

Таджики ведут себя развязно, матерятся, давят на судью, они уже распустили один состав присяжных и надеются на оправдательный приговор… Это разбирательство уральские правозащитники называют самым громким процессом года. Руководитель фонда «Город без наркотиков» Евгений Ройзман больше десяти лет боролся с лидерами таджикской диаспоры Екатеринбурга, обвиняемыми в торговле героином. Они были объявлены в федеральный розыск, а попались на убийстве в Челябинске, куда приехали, чтобы наказать «крысу» и забрать очередную партию товара. Подробности – в нашем материале. Челябинский областной суд рассматривает уголовное дело в отношении банды таджикских наркоторговцев, совершивших убийство в Челябинске. На скамье подсудимых – Латиф Сайдходжаев, Мухиб Иронов и его старший брат, главарь группировки (в которую входят другие представители диаспоры) Маъруф Иронов по прозвищу «Косичка». Последний в 2006 году попался на контрабанде героина весом в 187 килограммов (по информации фонда «Город без наркотиков», героин принадлежал племяннику президента Таджикистана Эмомали Рахмонова), который его люди перевозили в тайнике КАМАЗа, набитого арбузами. Он скрылся от следствия и был объявлен в федеральный розыск. А через год по решению Железнодорожного районного суда Екатеринбурга был приговорен к 17 годам тюрьмы.

Разбирательство в Челябинском областном суде – продолжение той истории. Оказывается, помимо тех 187 килограммов героина, была еще одна партия – около 160 килограммов. Ее успели спрятать в «яме» (тайник) в столице Южного Урала. Наркотики привезли из Душанбе, часть его планировалось отправить в Москву и Екатеринбург. Как говорится в обвинительном заключении, героин должны были хранить двое местных таджиков, торговавших овощами на «Каширинском рынке», называемые в таких случаях «шестерками». Они попросили своего знакомого, открывшего автосервис в одном из гаражных кооперативов, выделить в смотровой яме место якобы для нескольких мешков с луком. Обещали заплатить 2 тыс. рублей за несколько дней хранения товара, и тот согласился. Позже эти таджики, узнав, что «хозяин» (так они называли Иронова) попался в Екатеринбурге, решили оставить героин себе и стали им торговать. Однако через некоторое время в Челябинск приехал скрывшийся от следствия Иронов со своим братом и еще одним «бойцом» Сайдходжаевым.

Они вышли на владельца автомастерской и, увидев, что часть героина исчезла, заставили его договориться о встрече со своими «шестерками». Один из челябинских таджиков в это время был на родине, второй, Эшонкул Болтаев, приехал в назначенное место – на перекресток улиц Чичерина и Салавата Юлаева. Как рассказал на суде владелец автомастерской Сергей Сучков, взбешенный потерей значительной части героина Иронов вместе со своим братом расстреляли Болтаева, а затем дважды выстрелили в него. Затем Сайдходжаев перерезал Болтаеву горло и один раз ударил в район лопатки лежащего Сучкова. Последний чудом остался жив. Как и его работник, которого заперли в гаражном боксе, – он по сотовому вызвал полицейских, прибывших раньше Иронова. Примечательно, что год назад Челябинский облсуд за это преступление приговорил Иронова-младшего и Сайдходжаева к 20 годам тюрьмы каждого, их главарь получил 25 лет лишения свободы. Однако Верховный суд отменил решение и отправил дело на новое рассмотрение по формальному признаку – Маъруф Иронов якобы не смог воспользоваться правом последнего слова. Как рассказал корреспонденту «URA.Ru» наблюдавший за процессом вице-президент фонда «Город без наркотиков» Евгений Малёнкин, когда судья предоставил Иронову последнее слово, тот долгое время отказывался покидать скамью подсудимых и оскорблял всех участников процесса. Суд квалифицировал отказ от последнего слова как реализацию права на последнее слово. Однако Верховный суд счел иначе, постановив, что был нарушен принципиальный момент. На этом основании и отменил приговор. Маленкин также отметил, что обвиняемые стараются всячески давить на сторону обвинения и присяжных заседателей. Не видят ничего зазорного в хамском поведении и использовании ненормативной лексики, за что Маъруф Иронов, кстати, удален из зала суда. На заседания в качестве зрителей приходят толпы таджиков. Поэтому стороне обвинения приходится прятать своих свидетелей.

Во время нового рассмотрения дела уже перед вынесением решения вдруг распался состав присяжных заседателей. Евгений Маленкин считает, что тут не обошлось без давления на них со стороны обвиняемых и их «группы поддержки», поскольку по настроению присяжных было понятно, что вновь последует обвинительный приговор. Сейчас дело рассматривает новый состав присяжных заседателей. Правозащитники подсчитали, что за все время на рассмотрение дела Иронова уже потрачено 2 млн 804 тыс. 104 рубля из бюджета (оплата труда переводчика, адвокатов и присяжных). А во время разбирательства происходят «странные вещи». «Приезжают екатеринбургские полицейские, свидетельствующие в пользу Иронова. Так, экс-заместитель начальника Ленинского УВД Абу Бакиров уверял, что Иронов во время убийства был в милиции в Екатеринбурге. Прокуроры быстро поймали их на лжи. Это яркий пример, иллюстрирующий ход суда», – продолжает Евгений Маленкин.

Председатель фонда «Город без наркотиков» Евгений Ройзман в свою очередь отметил, что обвиняемые в нарушение закона получают передачки и пользуются сотовыми телефонами. Соответствующая жалоба подана в ГУ ФСИН. «Обвиняемые ведут себя как хозяева. Позволяют себе орать на судью и прокурора. Приехали убивать наших детей, да еще и про права что-то кричат! Я написал обращение заместителю Генерального прокурора по УрФО Юрию Золотову с просьбой усилить позицию гособвинения», – говорит правозащитник. По данным фонда, Иронов является одним из руководителей преступного сообщества, контролирующего наркотрафик на Урале. У него есть «ямы» в Челябинской и Свердловской областях, ХМАО и Пермском крае. Таджик еще с начала 2000-х годов взял под свое покровительство земляков-нелегалов, которых по поддельным разрешениям устраивал на работу. Те в свою очередь платили часть со своего нелегального дохода, в том числе наркоторговли. Когда кого-то из них задерживали, Иронов оплачивал услуги адвокатов. Официально Иронов занимал должность заместителя председателя общественной организации «Сомон» по культурно-патриотическому воспитанию. Однако в фонде «Город без наркотиков» уверяют, что эта структура была создана для прикрытия торговли героином. Например, другой заместитель председателя «Сомона», Абдумалик Одинаев, в 2009 году был осужден за убийство. Он расстрелял соотечественника, претендовавшего на пост председателя организации. Действующий руководитель «Сомона» Фарух Мирзоев пока остается на свободе. Однако его регулярно видят на судебных разбирательствах о наркоторговле, когда на скамье подсудимых оказываются таджики.

«У нас были люди, которые из рук Мирзоева покупали героин. Но в департаменте по внутренней политике Свердловской области у него есть свои люди, поэтому он продолжает участвовать в заседаниях правительства, региональных совещаниях и даже регулярно вещает на областном телевидении о дружбе народов», – возмущен Ройзман. Иронов же только формально является заместителем Мирзоева, на самом деле он старался «подмять» под себя весь уральский наркотрафик, считает председатель фонда «Город без наркотиков». «Мы сталкивались с Ироновым с 2001 года. Тогда он впервые был задержан УБНОНом в Салехарде, при нем было полкило золота, 100 тыс. рублей мечеными купюрами и 350 граммов героина. Проверочная закупка проходила в рамках другого уголовного дела, где на Иронова имелись показания как на поставщика героина в Салехард. Но по формальным признакам уголовное дело развалили и он избежал ответственности», – продолжает Ройзман. Правозащитник прямо говорит, что практически все национальные организации таджиков «создаются для прикрытия наркоторговли», они здесь «удачно закрепились» и имеют «контакты с власть имущими». Вот, что пишет Ройзман в своем блоге в «Живом журнале» о челябинском «Сомониене»: «В Челябинске было общество таджикской культуры «Сомониен». Сидели они на 8 Марта, д. 56/а. Имели контакты с общественными организациями и даже руководством ГУВД Челябинской области. Возглавлял его Махмадназаров Бадавлад. Общество таджикской культуры «Сомониен» занималось тем, что затаскивало в Челябинск огромные партии героина, продавало. На эти деньги покупало металл, лес и машины. Выгоняло их в Таджикистан, продавало. На эти деньги покупало героин, затаскивало в Челябинск, продавало…

Их хлопнули Челябинские ФСБшники весной 2004 года. Всех четверых руководителей с 4,5 килограммами героина. Пятого поймали позднее. Он получил всего пять лет и освободился по УДО. Сдриснул в Таджикистан, поменял документы, вернулся под другим именем и в 2011 его приделали с 60 килограммами героина. Руководители «Сомониена» находящиеся на свободе, считаются официальными представителями таджикской диаспоры, вхожи в администрацию губернатора Челябинской области и всегда бывают приглашены на все официальные мероприятия. Исходя из многолетнего опыта работы и огромного количества информации, я полагаю, что все эти таджикские общества создавались именно для прикрытия оптовой торговли наркотиками. Моим глазам свидетелей не надо. Почему вдруг вспомнил? Да вот, наткнулся: Фарух Мирзоев – полноценный член свердловского регионального Консультативного совета общественных объединений ВПП «Единая Россия». А челябинское общество таджикской культуры «Сомониен в полном составе вошло в «Общероссийский народный фронт». Это так.

Чтобы иллюзий не было». Мы будем внимательно следить за процессом. Мы не оставляем попыток аккредитоваться на это судебное заседание. Пока все они отклоняются без объяснения причин. Уже состоялось 90 (!) заседаний. Надеемся, что еще не поздно. Ведь приговор еще не вынесен. Еще есть месяц-два. Призываем коллег присоединиться. Сегодня на суде нет ни одного журналиста…