Утопленник British Petroleum всплыл

utoplennik-british-petroleum-vsplyl

Специалисты BP не провели исследований дна, какие СССР делал еще 20 лет назад, или же проигнорировали их данные ради наживы

Похоже, что компания British Petroleum влипла в нефтяное пятно Мексиканского залива по уши. Ее радикальный план – накрыть устье скважины наскоро сваренным железным ящиком с трубопроводом к нефтесборной барже – провалился, а точнее… всплыл. Вот такая игра слов.

Дело в том, что в ящике, который с помощью пяти подводных аппаратов таки удалось «одеть на скважину», начали отлагаться газогидраты. И стотонный ящик вместо того, чтобы оседать в мягкий морской грунт, стал всплывать.

Газогидраты – это особое состояние воды и газа, в нашей повседневной жизни мы с ними встретиться не можем. По сути дела, это молекулы газа, облепленные вокруг молекулами воды. Такой «газ в решетке». Чтобы такое чудо природы образовалось, нужна комбинация температуры и давления: например, природный газ метан образует устойчивые газогидраты при нулевой температуре и давлении не менее 25 атмосфер. Такое давление и температура имеют место на глубине 250 метров и глубже.

Газогидраты выглядят как грязноватый снег или желтовато-кремовые кристаллы, которые на поверхности стремительно испаряются. Если их поджечь, то они горят жарким пламенем. Но они еще и легче воды, примерно на 10%. И когда на стенках железного ящика ВР стали оседать эти самые газогидраты, они стали пытаться поднять его, как водород поднимает воздушный шар.

Но не только этим опасны газогидраты. Они могут стремительно разрушаться, при этом выделяется огромный объем газа: из одного литра газогидрата получается около 180 литров метана, и при этом поглощается большое количество тепла.

Все это настораживало специалистов еще до спуска монструозного ящика на морское дно. Американская пресса приводила предупреждения инженеров об опасности столкновения на морском дне с газогидратами. Но ВР торопилась продемонстрировать свою активность в борьбе с развивающейся экологической катастрофой.

И их можно понять: буквально перед началом операции министр внутренних дел США Кен Салазар недвусмысленно высказался о сомнительных перспективах ВР.
А тут пришлось уже установленную на дне конструкцию поднимать и сдвигать в сторону, дабы решить вопрос: как отскрести ящик от кристаллов газогидратов. По предварительным оценкам руководства BP, на это уйдет еще, как минимум, два дня. А потом – новая установка. В общем, «чадить» на дне эта скважина будет еще, как минимум, неделю. И жителям Луизианы и Миссисипи придется и дальше отстаивать свое побережье с помощью мешков с песком: ими они заваливают входы в лагуны, чтобы спасти от нефтяной пленки хрупкую экосистему этих мест.

Сказать, что местные жители ненавидят ВР, – это не сказать ничего. Они уже просто махнули на них рукой, тем более, что от компании исходят предложения одно круче другого. Например, сделать вместо одного большого кессона несколько маленьких, или сделать кессон вместо прямоугольной формы цилиндрическим. Есть и вообще оригинальные идеи: разбурить устье скважины и попытаться задавить поток нефти сверху контрпотоком тяжелого бетона. Нет, теоретически, все это возможно, но что будет на деле, и не приведут ли эти меры к увеличению выброса, – никто из ВР сказать не может.

Зато высказался профессор калифорнийского университета в Беркли Роберт Би, крупный специалист в области безопасности буровых работ. По его мнению, причиной гибели платформы Deepwater Horizon стал взрыв гигантского пузыря метана, который возник в ходе технологических работ на скважине 20 апреля. Специалисты ВР должны были принимать в расчет, где они работают, и что газогидраты присутствуют в донных отложениях этого района.

Можно сказать, процитировав великого Руставели, что «всякий мнит себя стратегом, видя бой со стороны». Однако тут совсем другой случай. Уже десятилетиями ведутся морские нефтегазодобывающие работы. Существует и вполне определенная нормативная база. Например, установке разведочной буровой платформы предшествуют инженерные изыскания морского дня на данной точке: удержит ли донный грунт массу платформы, или так называемой опорной плиты? Нет ли предпосылок к подвижкам грунта или изменению его несущей способности?

Иногда даже мелочи имеют значение. В 1990 году сотрудники Дальневосточной морской инженерно-геологической экспедиции проводили инженерно-геологические изыскания на шельфе острова Сахалин. Это была одна из глубоких площадок, порядка 200 метров, и исследования там велись «на перспективу». Так вот, в ходе геофизического «прозванивания» морского дня были обнаружены странные карманы, в которых просто исчезало эхо сейсмоакустических волн. По этой причине были введены дополнительные точки пробоотбора. И грунты, поднятые с морского дна, подтвердили самые худшие опасения: с виду нормальный донный ил на глазах шипел, покрывался порами как губка и распухал в объеме. Так автор этих строк познакомился с газогидратами.

И возникает вопрос: если это все было возможно сделать в СССР двадцать лет назад, почему такие изыскания не были проведены в данном случае? Или были проведены, но все решили спустить на британский «авось»? Или были еще какие-то причины? Тут открывается необычайный простор для всевозможных конспирологических теорий.

И здесь обращаю ваше внимание на нашего старого знакомого – вулкан Эйяфьятлайокудль. «Большой Э» вновь включился в регулирование воздушного движения над Европой. Португалия, Ирландия, Испания, Италия…

А теперь представьте себе, что произойдет, если оживится какой-либо подводный вулкан, причем в зоне, где залегают большие мощности газогидратов (шельф Японии, Аляски, тихоокеанского побережья США и т.д.). Мы получим такой выброс метана в атмосферу, что все наши усилия по сокращению выбросов СО2 будут нивелированы одним махом.

Но если активность вулканов не в нашей власти, то хоть с правилами буровых работ мы можем разобраться? Или нет? Или сиюминутная жажда наживы, лихорадка при виде циферок биржевых котировок совсем сводит с ума? В конечном счете, если не жалко черепах и морских зайцев, то, может быть, все же научимся жалеть самих себя?