Вакханалия дилетантов, или Шоу “Все под контролем”

vakxanaliya-diletantov-ili-shou-171-vse-pod-kontrolem-187

Как ни крути, а вывод пока получается один: непосредственным виновником гибели теплохода «Булгария» был экипаж, причем не весь экипаж, включая буфетчиц и поваров, а командный состав. Имеющиеся скудные данные говорят о двух возможных причинах трагедии.

Первая. Судно не претерпевало каких-либо серьезных конструктивных изменений вследствие модернизации, ремонта или изношенности, повлекших за собой ухудшение его остойчивости и плавучести. Судно перевернулось из-за того, что нижнюю палубу залило водой через открытые иллюминаторы, когда в условиях волн и ветра оно делало резкий поворот и сильно накренилось. Капитан не учел возможного риска заливания нижней палубы, не приказал задраить иллюминаторы нижней палубы и не дал команды избегать резких поворотов.

Вторая. После модернизации судна, увеличившей количество пассажирских мест, его остойчивость ухудшилась. Если различные показания о постоянном крене судна задолго до аварии соответствуют действительности, то, значит, остойчивость была настолько малой, что требовалась постоянная балластировка судна, контроль за наполнением танков – топливных, фекальных и пр. Кроме того, требовались дополнительные меры обеспечения остойчивости 1 контроль за иллюминаторами нижней палубы, избегание резких поворотов, любые иные меры, препятствующие ухудшению остойчивости.

В том и другом случае непосредственным виновником является экипаж, в конечном счете – капитан. В одном случае круг косвенных виновников один, в другом случае другой.

Это сугубо мое мнение и мои выводы, хотя и взятые не из воздуха, а основанные на редких цитированиях СМИ профессионалов-речников, собственных знаниях и опыте. Но мы могли бы к настоящему времени иметь и какое-то коллективное мнение, серьезные суммированные предварительные выводы и экспертизу профессионалов – от капитанов и механиков до конструкторов и строителей. Однако мы этого не имеем. Вот об этом я и хочу поговорить. О том, почему мы знаем мнения Путина и Медведева, почему мы знаем об арестах и обысках, но ничего не знаем о мнении авторитетных людей, которые в состоянии грамотно объяснить происшедшее.

Первым, как известно, причины гибели теплохода назвал СКП, вцепившийся в это дело, как изголодавшийся гостиничный клоп в редкого постояльца. Прищурившись, СКП тут же определил, что дело в неисправности одного из двигателей, перегрузе и крене, замеченном ранее в Казани. За одно это СКП можно было бы тут же отстранить от дела и посоветовать заняться чем-нибудь, в чем СКП разбирается. Пара десятков лишних человек для судна таких размеров перегрузом быть никак не может, но чтобы это знать, надо быть хоть чуть-чуть технически грамотным. Неисправность двигателя в этой катастрофе виновата не больше, чем неисправность шасси при гибели самолета, в который попала молния. А что это за зверь такой, «крен», который напал на судно? Крен это следствие, а не причина.

Но СКП стремительно забирает все под свой контроль, поощряемый высшим руководством. Вот причины гибели судна, названные Путиным и тут же разнесенные всеми СМИ как некое откровение:

«… Это ужасно, что нам приходится платить такую дань за безответственность, за безалаберность, за алчность, за грубое нарушение правил технологической безопасности», – сказал Путин на правительственной комиссии по ликвидации последствий аварии.

В данном случае речь должна идти не о технологической безопасности (это не сборочный конвейер «Автоваза»), а об эксплуатационной безопасности, но это так, мелочи. Пусть будет технологическая. Поговорим о безответственности, безалаберности, алчности и грубом нарушении правил. В большинстве транспортных аварий, происшедших по вине человека, виновны именно они – безответственность, безалаберность, алчность и грубое нарушение правил. То есть Владимир Владимирович очень верно подметил, что масло – масляное. После чего потребовал сурово наказать капитанов судов, не оказавших помощи, что для тех, кто понимает в речных и морских делах, очень наглядно продемонстрировало, чего стоят его знание окружающей действительности и «контроль ситуации».

Медведев тем временем, определился с тем, кто у нас главный специалист по водному транспорту. СКП и прокуратура. Других не осталось.

«Коллеги, в воскресенье, после того, как случилась трагедия в Татарстане, я разговаривал с Председателем Следственного комитета и дал ряд поручений. В настоящий момент, насколько я понимаю, выявлен круг подозреваемых, идут необходимые следственные действия, поэтому я хотел бы, чтобы вначале Александр Иванович доложил о том, что делается для того, чтобы разобраться в причинах этой страшной трагедии, и какие впоследствии из этого должны быть извлечены уроки. …Генеральному прокурору …

Юрий Яковлевич, речь идёт, естественно, о проверке всего нашего речного флота: о состоянии лицензий, продаже билетов, необходимых разрешениях на ведение туристической деятельности и целого ряда сопряжённых с этой трагедией обстоятельств, которые прямо или косвенно повлияли на её возникновение».

Коллеги рапортуют.

Александр Бастрыкин:

«По Вашему поручению и указанию мы создали крупную следственно-оперативную группу, в которую вошло более 50 криминалистов и следователей центрального аппарата и транспортно-следственных органов. … В настоящее время, собственно, расследуется три уголовных дела. Первое уголовное дело квалифицируется как нарушение правил эксплуатации транспортных средств, повлёкших тяжкие последствия. Затем мы расследуем дело о нарушении правил оказания услуг, которые повлекли за собой серьёзные последствия. И, наконец, третье уголовное дело, которое мы возбудили несколько позднее, – это дело о неоказании помощи людям, терпящим бедствие. …

В настоящее время нами задержан (избрана мера пресечения в виде ареста) руководитель туристической фирмы. … Кроме того, избрана мера пресечения в виде ареста в отношении должностного лица речного регистра – того виновника, который, как мы полагаем, заведомо зная об опасности эксплуатации этого судна, тем не менее утвердил необходимые документы, дающие разрешение направлять это судно в плавание.

Мы дали указание о задержании и доставлении к месту расследования двух капитанов судов, которые, мы предполагаем, не выполнили надлежащим образом те действия, которые они должны были выполнить по спасению людей. Начались допросы должностных лиц контролирующих органов (этих органов вполне достаточно), которые должны были контролировать деятельность туристических фирм, морского судоходства и деятельность порта, и речников …. И, наконец, мы сейчас занимаемся организацией сложнейшей научно-технической и инженерно-технической экспертизы, которая позволит ответить на вопрос, каковы непосредственные и опосредованные причины этой страшной катастрофы. И после этого будем иметь чёткое представление о круге тех лиц, которые подлежат ответственности за эту трагедию».

Что впереди, телега или лошадь? Может быть, сначала надо сделать хотя бы предварительные выводы как о причинах аварии, так и о ходе спасательной операции и только потом – арестовывать, если будут веские на то основания? Если в ходе спасательной операции были спасены все, кто сумел выбраться из тонущего судна, то, может быть, нет оснований хотя бы для уголовных дел по обвинению в неоказании помощи? Перечитайте еще раз – следственная группа аж из 50 следователей уже есть. Уголовные дела есть. А вот комиссии специалистов – не специалистов-следователей, а речников – нет. Хотя бы какой-то предварительной, временной. Никакого предварительного профессионального анализа аварии и спасательной операции, следовательно, нет. Ясности насчет спасательной операции тоже нет: то есть, повторяю, были или нет спасены все, кто сумел покинуть судно? А это крайне важно, и не только для арестованных по подозрению в «неоказании помощи» капитанов. Это важно для оценки безопасности на внутренних водных путях в целом. Если в условиях отдаленности от крупных речных портов и практически мгновенной гибели судна сумели спасти всех, кто оказался в воде, то значит, не такие уж мы и потерянные. Но власти предпочли игру на инстинктах, направив гнев масс на «не оказавших помощь». Устроили шоу с погоней и задержанием однотипного теплохода «Петр Алабин», следовавшего, от греха подальше и без пассажиров, к месту своей постоянной стоянки. Само решение о его задержании не выдерживает критики: судно задержано за несерьезные нарушения, какие можно найти на любом судне, нарушения обнаружили не те, кому по идее этим надо заниматься, не транспортный контроль, а прокуратура, а решение о задержании вынес аж целый суд. С «Петром Алабиным» просто бред какой-то – у него, видите ли, поддельное свидетельство. Судовладелец подделал возраст, вместо 1955 года постройки проставил 1955-й. Он получил документы на приобретенное им судно, а в документах чиновники вляпали по ошибке не тот год. На судне заметная табличка, с годом его постройки, 1955-й. Бдительная прокуратура обнаружила опечатку и подпрыгнула от радости, из владельца уже почти сделали преступника. Это что, профессионализм властей? Это дешевая показуха вперемежку с паникой нижестоящих чиновников.

Мы все – как пароход в тумане. Есть авария, ставшая страшной трагедией. Общественность, уж не говоря про родственников погибших, жаждет знать, что случилось, как и почему. Жаждет грамотного анализа (обновляющегося по мере поступления новых данных) аварии. А что мы имеем? Имеем невежественные объяснения аварии со стороны властных структур, имеем аресты, громы и молнии руководства и заверения в том, что наказанных будет много. Редкие мнения специалистов часто преподносятся отдельными СМИ в сильно искаженном виде – читая это мнение, я понимаю, что специалист никак не мог сказать такое.

Из всего того, что можно извлечь из интернета, приходишь к выводу, что Минтранс выведен из игры, запуган до смерти и полностью парализован. Если судить по сайту Минтранса, то даже комиссии для расследования аварии не создано. Той самой, которая давно должна была бы работать и стать главным источником информации и анализа. Повторяю Бастрыкина: «И, наконец, мы сейчас занимаемся организацией сложнейшей научно-технической и инженерно-технической экспертизы, которая позволит ответить на вопрос, каковы непосредственные и опосредованные причины этой страшной катастрофы».

Они занимаются тем, чем надо было заняться в самом начале, но не им. У меня детски-наивный вопрос: почему они занимаются организацией экспертизы? Вернемся, однако, к коллегам президента.

Юрий Чайка:

«…В выполнение Вашего поручения проведено совещание Генеральной прокуратуры с работниками, которые непосредственно будут заниматься этой проблемой, разработаны методические рекомендации по проведению повсеместных комплексных проверок исполнения законодательства о состоянии речного флота в Российской Федерации. …

В целом я хотел бы заметить, что в прошлом году и в течение этого полугода мы неоднократно проверяли деятельность водного транспорта. Выявлено было 31 тысячи нарушений… К сожалению, не сработали на упреждение. И эти последствия (эта трагедия, которая произошла в Казани) говорят о том, что действительно надо ужесточить эти вопросы. И мы будем это делать».

Читаешь и и держишься за стул, чтобы не упасть. Контролирующих органов на транспорте пруд пруди, о чем говорит тот же Бастрыкин: «Начались допросы должностных лиц контролирующих органов (этих органов вполне достаточно)».

Органов достаточно, но, выходит, недостаточно, иначе бы аварий не было. И даже прокуратура не «сработала на упреждение», не доглядела. Прокуратура обещает ужесточить и впредь не допустить. Так кто ответственный за транспорт? Кто выше всех? Если прокуратура, то зачем нам Минтранс, и Ространснадзор, и портконтроль с Регистром, и многие другие? Затем, чтобы было кого сажать?

Но, может быть, в СКП и прокуратуре сидят как раз такие люди, гении, спецы на все руки, разбирающиеся во всем сущем лучше любого из нас? Нет, не может такого быть. Не буду вдаваться в подробности, но у меня есть свой анализ действий СКП в связи с ЧП на водном транспорте. Одна борьба СКП с сомалийскими (уж не говорю про эстонских) пиратами чего стоит. Это верх дилетантизма, какого-то, я бы сказал, воинствующего невежества. Это очевидное и почти нескрываемое стремление раздуть «дело» любой ценой, каким бы абсурдным оно ни казалось.

Ужесточения, конечно, будут. Уж кто бы сомневался… Но насколько они действительно повысят безопасность, насколько вообще можно повысить безопасность на водном транспорте, это отдельный разговор, требующий отдельной статьи, которая обязательно будет написана.

Любая трагедия, связанная с аварией, вызывает понятный обостренный интерес общественности. Аварии происходят в различных отраслях, в том числе, и чаще всего, в транспортной. Аварий у нас много. Жертв тоже. Но сценарий дальнейших событий – один. Открывается дело, суетятся следователи, власти впаривают нам то, что они называют анализом и выводами, где-то какие-то СМИ выдают мнения специалистов, мы ничего не понимаем, а пояснить – некому. Что мешает создать механизм организации временной комиссии из специалистов отрасли, в которой произошло ЧП, специалистов не только ведомственных, но и независимых? Чтобы механизм срабатывал четко и без сбоев, чтобы мы сразу же имели надежное мнение группы экспертов? Чтобы комиссия не только ставила в известность общественность, но и подправляла временами чудовищную безграмотность властей? Чтобы родственники погибших хотя бы понимали, что именно произошло и почему погибли их близкие? Чтобы те, которые на самом верху, не несли ту чушь, которую они несут, думая, что сказанное ими имеет отношение к реальной жизни. Чтобы они тоже знали правду – не от следователей СКП, а от знающих и понимающих людей.

Нет такой комиссии. Нет ясности, нет уверенности в правильности действий властей – нет ничего, кроме разрозненных, разорванных по десяткам СМИ мнений настоящих специалистов. Есть отдельные форумы или блоги профессионалов, единственный шанс прочитать что-то стоящее, по делу, и хоть что-то понять. И да, конечно, у нас есть еще власть. Обрюзгшие лица с набрякшими веками, стальные желваки, железные голоса, усталые, но дико мудрые глаза – извечное шоу российских властей, которое называется «Все под контролем».